Денискины рассказы Виктор Драгунский part 9

СВЕРХУ ВНИЗ, НАИСКОСОК! В то лето, когда я ещё не ходил в школу, у нас во дворе был ремонт. Повсюду валялись кирпичи и доски, а посреди двора высилась огромная куча песку. И мы играли на этом песке в «разгром фашистов под Москвой», или делали ку- личики, или просто так играли ни во что. Нам было очень весело всё это время, и мы подружи- лись с рабочими и даже помогали им ремонтировать дом: один раз я принёс слесарю дяде Грише полный чайник ки- пятку, а второй раз Алёнка показала монтёрам, где у нас чёрный ход. И мы ещё много помогали, только сейчас я уже не помню всего. А потом как-то незаметно ремонт стал заканчиваться, рабочие начали уходить один за другим, дядя Гриша по- прощался с нами за руку, подарил мне тяжёлую железку и тоже ушёл. И вместо дяди Гриши во двор пришли три девушки. Они все были очень красиво одеты: носили мужские длин- ные штаны, измазанные разными красками, и совершенно твёрдые. Когда эти девушки ходили, штаны на них гре- мели, как железо на крыше. А на головах девушки носили шапки из газет, и это тоже было очень красиво. Эти девуш- ки были маляры и назывались: бригада. Они были очень весёлые и ловкие: любили смеяться и всегда пели песню «Ландыши, ландыши». Но я эту песню не люблю. И Алёнка. И Мишка тоже не любит. Зато мы все любили смотреть, как работают девушки-маляры и как у них всё получается складно и аккуратно. Мы знали по именам всю бригаду. Их звали Санька, Раечка и Нелли. И однажды мы к ним подошли, и тётя Саня сказала: — Ребятки, сбегайте кто-нибудь и узнайте, который час. Я сбегал, узнал и сказал: 50

— Без пяти двенадцать, тётя Саня... Она сказала: — Шабаш, девчата! Я в столовую! — и пошла со двора. И тётя Раечка и тётя Нелли пошли тоже обедать. А бочонок с краской оставили. И резиновый шланг тоже. Мы сразу подошли ближе и стали смотреть на тот кусочек дома, где они только сейчас красили. Было очень здорово, ровно и коричнево, с неболь- шой краснотой. Мишка смотрел-смотрел, потом говорит: — Интересно, а если я покачаю этот насос, краска пойдёт? Алёнка говорит: — Спорим, не пойдёт? Тогда я говорю: — А вот спорим, пойдёт! Тут Мишка говорит: — Не надо спорить. Сейчас я попробую. Держи, Денис- ка, шланг, а я покачаю. И давай качать. Раза два-три качнул, и вдруг из шланга побежала краска! Она шипела, как змея, потому что на конце у шланга была нахлобучка с дырочками, как у лей- ки. Только дырки были совсем маленькие, и краска шла, как одеколон в парикмахерской, чуть-чуть видно. Мишка обрадовался и как закричит: — Крась скорей! Скорей крась что-нибудь! Я сразу взял и направил шланг на чистую стенку, крас- ка стала брызгаться, и там сейчас же получилось светло- коричневое пятно, похожее на паука. — Ура! — закричала Алёнка.— Пошло! Пошло-поеха- ло! — И подставила ногу под краску. Я сразу покрасил ей ногу от колена до пальцев. Тут же, прямо у нас на глазах, на ноге не стало видно ни синяков, ни царапин! Наоборот, Алёнкина нога стала гладкая, ко- ричневая, с блеском, как новенькая кегля. Мишка кричит: — Здорово получается! Подставляй вторую, скорей! 52

И Алёнка живенько подставила вторую ногу, а я момен- тально покрасил её сверху донизу, два раза. Тогда Мишка говорит: — Люди добрые, как красиво! Ноги совсем, как у на- стоящего индейца! Крась же её скорей! Я спрашиваю: — Всю? Всю красить? С головы до пят? Тут Алёнка прямо завизжала от восторга: — Давайте, люди добрые! Красьте с головы до пят! Я буду настоящая индейка! Тогда Мишка приналёг на насос и стал сильно качать, а я стал Алёнку поливать краской. Я замечательно её по- красил: и спину, и ноги, и руки, и плечи, и живот, и тру- сики, и стала она вся коричневая, только волосы белые торчат. Я спрашиваю: — Мишка, как думаешь, а волосы красить? Мишка отвечает: — Ну конечно! Крась скорей! Быстрей давай! И Алёнка торопит: — Давай, давай и волосы давай! И уши! Я быстро закончил её красить и говорю: — Иди, Алёнка, на солнце пообсохни! Эх, что бы ещё покрасить? А Мишка: — Вон, видишь, наше бельё сушится? Скорей давай крась! Ну с этим-то делом я быстро справился! Два полотен- ца и Мишкину рубашку я за какую-нибудь минуту так по- красил, что любо-дорого смотреть было! А Мишка прямо вошёл в азарт, качает насос, как завод- ной. И только покрикивает: — Крась давай! Скорей давай! Вон и дверь новая на парадном, давай, давай, быстрее крась! И я перешёл на дверь. Сверху вниз! Снизу вверх! Сверху вниз, наискосок!И тут дверь вдруг раскрылась, и из неё вышел наш управдом Алексей Акимыч в белом костюме. Он прямо остолбенел. И я тоже. Мы оба были как закол- дованные. Главное, я его поливаю и с испугу не могу даже догадаться отвести в сторону шланг, а только размахиваю сверху вниз, снизу вверх, наискосок. А у него глаза расши- рились, и ему даже в голову не приходит отойти хоть на шаг вправо или влево... А Мишка качает и знай себе ладит своё: — Крась давай, быстрей давай! И Алёнка сбоку вытанцовывает: — Я индейка! Я индейка! Ужас!!! ...Да, здорово нам тогда влетело. Мишка две недели бельё стирал. А Алёнку мыли в семи водах со скипи- даром... Алексею Акимычу купили новый костюм. А меня мама вовсе не хотела во двор пускать. Но я всё-таки вышел, и тё- тя Саня, Раечка и Нелли сказали: — Вырастай, Денис, побыстрей, мы тебя к себе в брига- ду возьмём. Будешь маляром! И с тех пор я стараюсь расти побыстрей.