Клан Тан на Пхукете (1822 и по настоящее время)
Клан Тан на Пхукете (1822 и по настоящее время)
Отрывок из моей будущей книги «Как бы я провёл экскурсию по Пхукету». Напоминалка об исторических событиях: было три бирманских нападения, одно из них помогли отразить сестры Чан и Мук (памятник Героиням Пхукета), а в последнем в 1810 году бирманские корабли попали в шторм, поэтому до Пхукета добралась лишь половина. Но когда приплыли, то обнаружили, что весь народ просто «ушёл» с Пхукета и бирманским захватчикам просто было нечего есть. (До нападения Бирмы на Пхукете было 12-13 тыс. человек, из которых осталось 2-3 тыс.: 5 тыс. забрали в плен, а ещё 5 тыс. переселились в Пангнгу).
В 1821 году Сиам жестоко напал на султанат Кедах за неповиновение. Тысячи малайцев были убиты или порабощены. Это была первая сиамская кампания, очевидцами которой стали европейцы. (Страшные изощренные пытки сиамцами в этой кампании – это отдельная история, в книге про это не будет).
В 1824 году Британия захватила бирманскую провинцию Тенассерим, став таким образом непосредственным соседом Сиама. Это положило конец набегам бирманцев на Пхукет и пиратству в этом районе. После этого на Пхукете стало спокойнее и жизнь стало развиваться. И как раз тогда дела китайцев на Пхукете очень быстро пошли в гору.
Пару слов про пиратство. Пиратство было очень сильно развито и при нём не получилось бы так развить китайский бизнес и династии. Пираты были разные. Малайцы и Оранг Лаут, активные в районе Пхукета, известны нападениями на прибрежные поселения и торговые суда. Иллануны, пираты из Сулу, активные с 18 века, специализировались на пиратстве и работорговле, совершая длительные рейды и захватывая пленников. Пираты-Бугисы, прибывшие в 17-18 веках, были известны морскими рейдами, торговлей, военной мощью и участием в работорговле. Японские пираты 17 века, встречавшиеся английскими кораблями, отличались агрессивностью и непредсказуемостью в морском разбойничестве.
Британия «помогла» Пхукету решить обе проблемы – и с пиратами и с бирманцами и после этого Пхукет стал активно развиваться.
Теперь к теме поста:
Клан Тан
Пхукет заселяется заново. После того как британцы захватили Тенассерим, постоянная угроза бирманских набегов на Пхукет прекратилась, и угроза от пиратских набегов также стала исчезать. Жители Пхукета начали возвращаться домой из Пханг-Нга, чтобы снова жить на острове. Столица Таланга была вновь учреждена губернатором Луанг Чермом на севере острова в Ба Муанг Май, которая все еще имела доступ на лодках в бухту Пханг-Нга через скрытые мангровые водные пути. В 1837 году следующий губернатор Таланга, Пхая Таланг Рерк, перенес столицу в Бан Бангронг в Паклоке, город возле современного заповедника гиббонов, снова спрятанного в мангровом водном пути. Только в 1862 году город Таланг, как мы его знаем сегодня, был основан на своем нынешнем месте между Бан Доном и Бан Такиеном, но тогда новое, в основном китайское поселение города Пхукет уже стало основным экономическим центром на острове.
Наибольшие изменения происходили в новом портовом поселении и горнодобывающем центре "Пукет" и Кату, куда прибывало все больше и больше китайских иммигрантов, стремящихся заработать состояние на недавно открытых оловянных полях. Лейтенант Лоу посетил эти новые рудники во время своего визита на Пхукет в 1824 году и отметил, что "китайский плавильщик сообщил мне, что он может производить олово по цене в половину, в крайнем случае, от рыночной ставки... Один бахар (олова) можно подготовить к рынку за 20 долларов, и его можно продать за 52 и часто гораздо дороже. При таких жирных прибылях в 100 процентов и более, и с учетом того, что Пхукет теперь относительно безопасен, было лишь вопросом времени, прежде чем неутомимые китайцы появятся тысячами, подобно мотылькам к пламени, чтобы начать копать в земле, как рой человеческих термитов, и полностью затмить небольшую существующую тайскую и малайскую популяцию на острове.
В 1800 году в городе Ляншань в округе Тунань, провинция Фуцзянь, Китай, Тан Га Там сейчас считается патриархом могущественного клана Тан на Пхукете, чьи потомки доминировали в экономике и управлении Пхукета в течение последних 150 лет.
В молодости в Китае, Тан Гайк Там был членом триады "Небо и Земля", патриотической организации, выступавшей против династии Цин. Эта триада была закрыта в 1822 году полицией Цин, а её члены преследовались. Чтобы скрыться от полиции, Тан и двое друзей сели на джонку в Пенанг и прибыли на оживленный причал Бич-стрит в Пенанге, как и большинство 22-летних - полные амбиций и надежд. Они трудились на различных низкооплачиваемых работах на протяжении нескольких лет, прежде чем переехать на север, в Пхукет, около 1825 года, сразу после Англо-Бирманской войны.
В новом, временном и развивающемся поселении и порту по добыче олова в Пхукете трое мужчин объединили свои скромные капиталы и занялись разведением куриц и созданием фабрики по производству тофу. Позже они начали торговать оловом. К 1828 году Тан Гайк Там, как сообщается, получил поддержку Лим Хоя, теперь уже богатого и влиятельного китайского купца из Макао, который много лет назад раскрыл заговор султана Кеддаха с Бирмой. С помощью Лима и его капитала Тан основал собственную компанию по добыче и торговле оловом под названием Хуп Хин на девственных землях в районе Сапам/Рассада к северу от города Пхукет. По мере развития своего бизнеса и становления тоукаем (богатым китайским бизнесменом) он отправил сообщение в Китай, приглашая больше родственников приехать и работать в Пхукете. Он женился на местной тайской женщине и, становясь богаче, взял ещё несколько жён, как на острове, так и в регионе. На протяжении следующих 20 лет Тан Гайк Там, благодаря успеху в бизнесе, своей большой семье и привлечению других китайцев из клана Тан из провинции Фуцзянь, сыграл ключевую роль в укреплении своего хоккиенского клана Тан как самой крупной и влиятельной китайской группы на Пхукете.
С ростом богатства Тан Гайк Там всё больше становился филантропом, финансируя местные социальные проекты и строительство храмов и святынь. Он стал главой самой сильной триады или профсоюза рабочих в Пхукете, преимущественно хоккиенской триады Киан Тек. В начале 1870-х годов он был назначен заместителем мэра города Пхукет и присоединился к губернатору острова, сыну вице-короля Ной На Накорна, в управлении прибыльной опиумной монополией Пхукета. В 1867 году сиамский король присвоил Тану сиамский дворянский титул Луанг Сакх. Тан был признан главой быстро растущего китайского сообщества на острове, причем многие из них были его сотрудниками и родственниками, или и тем, и другим. Когда дети Тана, родившиеся на месте, выросли, они и другие члены семьи из Китая помогали управлять бизнесом Тана на Пхукете, а сам Тан Гайк Там начал проводить больше времени в более безопасной и благоприятной обстановке Пенанга, где он купил большой особняк и вложил большую часть своего богатства в оживленный рынок недвижимости и британские банки там. Он также упоминался как дин из ранних основных участников Тан Конгси в Пенанге. (Конгси - это китайский семейный или клановый храм и ассоциация помощи родственникам.) Тан Гайк Там отправлял многих новых прибывших родственников Тана в Пенанг на север, чтобы они работали на него на Пхукете.
Клан Тан и другие Таукай на Пхукете
Когда Тан Гайк Там умер около 1876 года, его старший сын Тан Жао взял на себя роль патриарха клана на Пхукете и лидера мощной триады Киан Тек. Он также стал близким соратником мэра и губернатора города Пхукет и также получил сиамское звание. В 1890-х годах две компании Тан Жао по добыче олова на Пхукете, с финансовой помощью правительства, были выбраны для пионерского внедрения новых горных машин и техник на острове. Тан Жао и его три брата имели несколько жен и много детей на Пхукете и в регионе, дополнительно диверсифицируя клан Тан и распространяя его паутину влияния. Младший брат Тан Жао, например, имел множество жен и, как сообщается, более 400 внуков. В течение последующего века быстрого роста на Пхукете и в оловянной промышленности юго-запада Сиама эти потомки Тана были хорошо расположены для процветания. Расширенный клан Тан теперь построил храмы на Пхукете, такие как роскошный храм Саенг Там на дороге Пханг Нга, помогая сделать Пхукет духовным центром для членов этого разнообразного эмигрантского хоккьенского клана. Сегодня клан Тан состоит из многих разных семей, связанных кровью или браком, поскольку богатые китайские патриархи обычно имели несколько жен и детей. Эти семьи Тана, как и большинство других китайских семей в Таиланде в 20-м веке, приняли тайские фамилилии, такие как Тантхаванит, Тантхай, Тандавеса, Тантиви и Хонгсок. Сегодня они составляют большинство элитных сино-тайских семей Пхукета по богатству, владениям землей и коммерческим интересам. Они по-прежнему владеют многими отелями на острове, магазинами, резиновыми плантациями, гольф-полями, автомобильными и алкогольными дилерствами и занимают многие важные политические должности на острове сегодня - например, Пхуммисит Хонгсок, правнук хитроумного Тан Гайк Тама, много лет был мэром города Пхукет и недавно служил представителем острова в сенате Таиланда.
Другие успешные ранние китайские иммигранты стали таукэями и также создали заметные местные семьи и кланы на Пхукете, такие как хоккиенская семья Хау, теперь семья На Ранонг, и семья Нган, которая сделала свое состояние на недвижимости и горнодобывающей промышленности и приняла тайское имя Нгантави. В начале 20-го века иммигрант Яп Ким Жиан сделал свое состояние на добыче олова и был первым, кто начал широко заниматься плантациями пальмового масла на юге; семья Яп приняла тайскую фамилию Ванит (или Ванич) и по-прежнему остается значительным экономическим и политическим игроком на острове. Внучка Яп Ким Жиана, Анчали Ванич Тепабутра, в течение нескольких лет была представителем Пхукета в парламенте Таиланда и секретарем премьер-министра Таиланда. В 2007 году ее муж Тоссапорн также был избран одним из двух депутатов Пхукета.
В тесных рамках города Пхукет за последние полтора века было много браков между этими богатыми, в основном хоккиенскими, элитными сино-тайскими семьями, которые по-прежнему контролируют и доминируют в большей части экономического и политического ландшафта острова сегодня, почти два века спустя.